Вагиф Абилов (object) wrote,
Вагиф Абилов
object

А вот и сам высказался

В "Коммерсанте".

nl обратил внимание на издевательский штришок: Сенкевич принимает у себя в кабинете сотрудника в девять вечера, надев для этого темные очки. Матрица, блин.


"Им хотелось, чтобы я сорвался"

Сразу после того, как ЛЕОНИД ПАРФЕНОВ получил приказ об увольнении с НТВ, он рассказал обозревателю Ъ АРИНЕ БОРОДИНОЙ, как и за что его уволили.
– Если бы вы знали, чем закончится для вас история с этим сюжетом, вы передали бы Ъ распоряжение Александра Герасимова и предали бы огласке решение руководства НТВ запретить сюжет с интервью с Маликой Яндарбиевой?
– А какие могут быть другие решения? Я таковых не вижу.
– Официальной причиной увольнения стало то, что вы нарушили корпоративную этику, предав огласке внутренний документ...
– По-моему, главным нарушением всех мыслимых этик в СМИ является невыполнение журналистского долга. Кроме того, руководство не говорило, что это внутренний документ, а, бахвалясь, предлагало: "Вали все на меня". Я говорил, что не приму на себя этот позор, потому что нельзя добиваться эксклюзива, над которым работала вся команда, о котором знают многие, а потом не выдавать его в эфир. Вот и все.
– А не получилось так, что вы этим поступком просто провоцировали ситуацию, понимая, что вы неприкосновенны, и не рассчитывали на то, что Николай Сенкевич мог вас уволить?
– Я не провоцировал. Может, это им хотелось, чтобы я сорвался. Потому что недовольство мной было всегда, а в последнее время особенно сильно. Ну, придрались бы к другому: к тому, как в "Намедни" освещалась инаугурация или послание Федеральному собранию. Или еще чего-то...
– А вы считаете, что решение уволить вас принимал лично господин Сенкевича или Кремль?
– Если бы это было его личным решением, Сенкевич давно бы его принял. Ему, конечно, нужна была чья-то санкция.
– А как он вам объявил, что вы уволены с НТВ?
– Он меня вызвал в 21.00 во вторник. Я пришел. Он сидел в темных очках. Содержательная часть разговора заключалась в одном вопросе. Генеральный директор телекомпании НТВ спросил: "Это что за х...ня?!"
– А вы что в ответ?
– Я сказал: можешь спросить, открыв дверь напротив – в смысле в кабинет Герасимова. Весь разговор длился минуту, и в конце он сказал: "Ты уволен". Да, еще он указал про эти пункты в договоре о несанкционированных интервью, а к сегодняшнему дню я дал их примерно 185.
– А ваши личные разногласия с Александром Герасимовым, с которым вы работали фактически на одной поляне, сыграли свою роль при увольнении?
– Конечно. Ведь Герасимов одновременно был и как бы начальником, и конкурентом. Это конфликт интересов, выражаясь нынешним языком. При этом еще его программа беззастенчиво передирала темы, стилистику, подачу и даже рубрики. Понимаете, перед "Мальборо" выходит "Мальборо-лайтс". Ну, их "Мальборо-лайтс" устраивает. А красное "Мальборо" раздражает.
– Вам вменяют в вину, что вы не поддерживали линию руководства телекомпании?
– За полтора года нынешнего руководства я не участвовал ни в одном разговоре о линии компании. И что это вообще в их понимании? Как живет и должно жить НТВ? Вот мы здесь жили, в этих трех комнатках, так более или менее окуклившись, и выпускали продукт, который был востребован зрителем. Понимаете, ведь руководство телекомпании должно не только ЦУ раздавать. Какая функция у заместителя гендиректора по информации? Он сидит у теплой батареи в Москве, а съемочная группа где-то должна там пыль глотать, привозить эксклюзивные интервью, и он, не предоставивший ничего, не добывающий для нас или для кого-то еще какую-то информацию, он сидит и просто говорит: "Нет, это не пойдет". Я и при советской власти работал в разных типах СМИ, но такие руководители даже тогда были редкостью. Руководителем СМИ должен быть человек, который определяет некую эфирную политику, который добивается каких-то возможностей, каких-то преференций для телекомпании.
– У нас есть примеры таких руководителей: на ВГТРК – Олег Добродеев и на "Первом канале" – Константин Эрнст. Но разве это что-то меняет?
– Понимаете, если Олег, работая на НТВ, что-то убирал из эфира, так он ведь и приносил много, и предлагал, и обеспечивал информацией. А в "Намедни" мы все сами делали, а к нам потом приходил кто-то и говорил, что это все не годится, потому что он начальник, а мы дураки.
– А вы приказ с такой странной формулировкой не будете оспаривать?
– Ну что я, Анастасия Волочкова, что ли? У меня же главный вопрос – выход или невыход программы в эфир. Что же, вечно судиться в Савеловском межмуниципальном суде?
– Вы сказали, что интервью госпожи Яндарбиевой откладывалось. Насколько мне известно, вас попросил об этом пресс-секретарь президента Алексей Громов, и говорят, что вся история с оглаской на запрет этого сюжета на НТВ вызвала в Кремле возмущение?
– Я точно об этом не знаю. Но в принципе да, вся идеология у нас и особенно телевидение, конечно, зависят от Кремля.
– А можно было бы совсем не выходить с программой, если ваш сюжет запретили или самому сказать об этом в эфире "Намедни"?
– Это было бы какое-то эфирное хулиганство. Передача должна идти как передача. Ее глупо прерывать заявлениями о самих себе. Таковы законы жанра.
– Какова будет судьба корреспондентов "Намедни"?
– Мне трудно сейчас что-либо сказать, я не очень представляю свои возможности. Я сказал им, что какое-то время хочу передохнуть, потом я всем дам знать, что собираюсь делать. Может быть, в том, что я буду делать, будет какая-то возможность и для них.
– Вы уже не в первый раз уходите с НТВ. Не получится ли так, что осенью вы вернетесь вновь?
– Ну это уже совсем фантастический вариант.
– Что вы думаете делать дальше?
– Я 18 лет проработал в этом здании, десять с половиной лет на НТВ. Что-то одно кончилось, другое должно начаться. Я должен об этом подумать. Все это, наверное, не очень красиво и не очень ровная линия пути. "У прохожих на виду" мы пытаемся реализовывать свои идеи, делать телевидение. Увы, получается мучительно...
– Но госканалы в качестве места работы для вас могут быть возможны?
– Я думаю, что в общественно-политическом вещании я им не подхожу. Куда я, такой чертополох, на их земляничные поляны?
– А с господином Сенкевичем вы будете еще что-то обсуждать?
– Думаю, что я с ним больше ничего никогда обсуждать не буду.


А вот и комментарий Сенкевича (по ссылке от piligrim.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments