Вагиф Абилов (object) wrote,
Вагиф Абилов
object

Встреча с дедом в Шереметьево-2

Наша Оля по своим учебным делам сегодня полетела во Вьетнам (такие вот экзотические места практики у факультета психологии). Летит через Бангкок. Рейс из Осло прилетает в полдень, а в Таиланд улетает в 9 вечера. Ее норвежская подруга вынуждена была семь часов просидеть в зале ожидания, а Оля воспользовалась своим правом гражданки великой страны, чтобы встретиться с любящим дедом, приехавшим к ней в Шереметьево-2.

Бывалые люди предупреждали, что все, что связано с Шереметьево-2, имеет склонность к неожиданным поворотам. То есть все вроде бы так, но вдруг может выйти этак. И хоть кол на голове теши. Но семь часов в аэропорту! И потом - что в конце концов может произойти?

Самолет из Осло прибыл вовремя. Оля спросила в аэропорту, что ей делать, чтобы выйти встретиться с дедом. Ей объяснили, что в общем ничего делать и не надо: прийти на регистрацию и объяснить, если спросят, что вещи идут прямым ходом из Осло.

В 19:30 по московскому времени раздался звонок. Оля, захлебываясь от слез, кричала, что ее не пускают. Лишь от деда я в итоге дознался, что не пускают ее на регистрации. Ничего не понимая, я попросил дочь постараться перестать плакать - на этом только теряется время, а его осталось немного - и дать трубку работнице на стойке, у которой я бы выяснил, в чем собственно дело.

Несколько минут ушло на то, чтобы со мной согласились поговорить. Там люди важные работают, и им унизительно разговаривать с посторонними. "Он вообще не летит, что нам с ним разговаривать". Наконец снизошли. Я думал, мне объяснят, что они требуют от Оли, а меня спросили, что мне от них надо. Закаленные люди. Из произнесенных в итоге женщиной слов я понял, что от Оли требуют показать бирку на вещи, которые она сдала в Осло и которые дожны были быть отправлены напрямую в Бангкок. Я сразу все понял. Оля регистрировалась с подружкой из Университета, той самой норвежкой, которая провела семь часов в аэропорту (и поступила, как выяснилось, мудро). Наверняка олин рюкзак зарегистрировали на подружку, и это очень легко проверить. Я попросил проверить количество мест багажа на Камиллу А., но ко мне уже потеряли интерес. "Давайте все к начальнику смены, пусть он решает. Я ничем вам помочь не могу."

До конца регистрации оставалось уже полчаса. Оля с дедом помчались к начальнику смены, там снова ожидание, снова изначальное нежелание его говорить со мной, но снизошел он быстрее. И еще быстрее пришел в недоумение от того, что мою дочь не пускают в самолет. "При чем здесь бирки вообще? Какие бирки? Она же здесь вещи не получала. Если дело лишь в этом, я разберусь."

Олю послали к диспетчеру. "Обязательно скажи, что начальник смены просил разобраться" - орал я в телефон. Диспетчер пошла с ней на стойку.

На стойке уже не были так категоричны. Нам, мол, все равно. Пусть летит без вещей. "Погодите, но у меня был рюкзак!" - протестовала Оля. После каких-то разбирательств Оля сказала, что ее спрашивают, что ей важнее: улететь или ждать вещи. Улететь или ждать вещи - that is the question. Блядь! Вы только подумайте: "улететь или ждать вещи?", - спрашивает представитель авиакомпании. "Пусть дадут мне трубку! - орал я - я должен узнать их фамилии, фамилию начальника смены!" Это я так типа пугал - сутяжник из меня никудышный. Оля опять начала реветь. Перспектива улететь на три месяца без вещей - не из самых радужных.

Я настаивал на телефонном разговоре. Пошла, по-моему какая-то силовая борьба, в которой сотруднице пытались всучить телефонную трубку, а она кричала, что ей все это надоело, что в машине никаких вещей нет и не будет она ни с кем разговаривать. Наконец трубку все же взяла.

Понимая, что у меня есть несколько мгновений на то, чтобы ей что-то втолковать, прежде чем она окончательно потеряет ко мне интерес, я потребовал, чтобы она проверила багаж Камиллы А., норвежской гражданки, которая везет вещи моей дочери от Университета. Это, похоже, сработало. Услышав слова про иностранную гражданку и иностранный университет, сотрудница учуяла международный скандал, а оно ей надо? "Как фамилия подружки?" - задала она мне вопрос, ответ на который я ей сказал полчаса назад. "А, ну все нормально тогда, на нее два место зарегистрировано". "Одно из них моей дочери!" - орал я победно.

Я спросил у Оли, пыталась ли она сама объяснить то же самое. Пыталась, и несколько раз. Ей сказали, что других граждан они проверять не будут и не могут. "У вас ей бирка? Нет? Какие тогда вопросы?"

Оля прошла паспортный контроль (я висел на телефоне, тревожно вслушиваясь в разговор с пограничником) и на удивление быстро успокоилась. Я тоже постепенно начинаю приходить в себя. А в зале ожидания дочь встретил свою норвежскую подругу, которая, оказывается, перепугалась не меньше, поскольку они должны были с Олей перед началом практики две недели вместе путешествовать и которая вдруг осознала, что будет ездить по незнакомым странам одна.

О том, как бы все сложилось, не дозвонись она мне, я не хочу даже думать.

Где там собирают подписи за право на ношение огнестрельного оружия?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 193 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →